July 15th, 2011

Цветы

Святитель Феофан Затворник.Притча о сеятеле.

Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года
(Рим. 16, 1-16; Мф. 13, 3-9). Притча о сеятеле изображает разные отношения душ к слову Божию. На первом месте стоят те, которые совсем не внимают слову. Слышат, но слышанное не входит в душу, а ложится поверх ее, как семя при дороге. Слово не вмещается в них, потому что у них другой образ мыслей, другие правила, другие вкусы. Оттого оно скоро исчезает из памяти, забывается, как будто вовсе не было слышано. На втором - те, которые слышат слово охотно и принимают его скоро, но никаких трудов по исполнению его нести не хотят. Поэтому пока не требуется никакой жертвы они услаждаются словом и особенно его обетованиями, а как скоро окажется необходимость пожертвовать чем-либо для верности слову, они изменяют ему, отказываются и от слова, и от обетований его, в угоду своих привязанностей. На третьем - те, которые принимают слово и начинают жить по нему, но потом слишком предаются заботам и печалям века, попечениям земным, которые подавляют все благие начинания, образовавшиеся было под действием слова Божия. На четвертом - те, которые принимают слово с полною верою и решаются жить по требованию его с готовностью на всепожертвования и труды и не допускают сердца своего быть связанным с чем-либо земным. Сядь и рассуди всяк, к какому классу принадлежишь.
promo neophit55 january 23, 2018 17:54 1
Buy for 10 tokens
Сколько трагических, нелепых и вместе с тем страшных «случайностей» происходит именно из-за этого — отсутствия привычки спрашивать себя: что я делаю, зачем, к чему это может привести? Какое полезное, какое жизненно важное правило: не делать, не подумав! И при том рациональное: мы ведь огромное…
Цветы

Православие и мир — Плач на горах. Свящ. Дмитрий Шишкин

Плач на горах

Да, я понимаю, что жизнь не может состоять из одних только радостей, что нужно трудиться, нести свой крест. Я всё это понимаю и принимаю, конечно... Но почему в повседневной и, вроде бы, правильной нашей, «церковной» жизни, так мало подлинной, чистой радости?